Как и всякий приличный сад в центре города (например, Румянцевский или Александровский парк), Александровский сад начинался с пустыря. Точнее, гласира Адмиралтейства, которое всерьез собирались защищать от шведов с помощью артиллерии.

Военные укрепления так и не пригодились, а на пустыре возник стихийный рынок морепродуктов. Площадка заросла травой, неаппетитно пахнувших торговцев разогнали – и на вновь освобожденном Адмиралтейском лугу начали устраивать народные гуляния и пасти придворный скот (о придворном скотстве можно прочитать в знаменитом романе Ивана Лажечникова «Ледяной дом»).

В то время площадь луга была огромна, трава росла и под нынешним Зимним дворцом, и под Исаакиевским собором. Неудивительно, что начатое в 1750-ых годах мощение площади закончилось только через 40 лет. За это время начали строительство собора и поставили знаменитый памятник Петру I. 

В начале XIX века Александровский сад представлял собой русское национальное чудо: лесной бульвар. Сюда приезжали кататься на лошадях – совсем как в Булонский лес - и просто поболтать. Оживленный бульвар, давший нелестное название желтой прессе, полюбили за разнообразие самых диковинных слухов и простые обыватели, и зарождающая богема (именно здесь стоило бы поставить памятник Евгению Онегину и его боливару). В течение полувека местность постепенно облагораживалась: появлялись скамейки и масляные фонари, клумбы и французские кофейни.

Наконец, в 1874 году городские власти решили разбить здесь настоящий сад: с приличной оградой и регулярной планировкой. Было посажено пять тысяч деревьев и 12 тысяч кустарников – траву сеяли не считая. Одних чугунных скамеек установили больше сотни. На торжественном открытии подобострастные подданные испросили у здравствовавшего на тот момент императора Александра II разрешение назвать сад его именем. Монарх отпираться не стал.

Через 5 лет в саду заработал первый фонтан – тогда еще самый большой в городе. Вскоре должны были появиться еще два – чтобы замкнуть перспективу по всем трем улицам, расходящимся от Адмиралтейства. Но обстоятельства все менее преодолимой силы  откладывали работы год за годом – пока о них и вовсе не забыли. Похожая судьба постигла проект установки 14 бюстов величайшим деятелям культуры: от Кирилла с Мефодием до Алексея Кольцова. Увы, любые ограниченные списки вызывают справедливое негодование – их так часто оспаривали, что до революции успели поставить всего 4 бюста. Вне конкурса прошел памятник Пржевальскому с верблюдом (его – Пржевальского – подозрительное сходство со Сталиным вскоре станет объектом для опасных шуток).

С конца XIX века сад  начал постепенно ужиматься: чересчур разросшиеся деревья срубали, расширяя Дворцовую площадь и освобождая вид на Медного всадника. Северо-восточный угол срезали остановки конки (а потом и первого в городе трамвая, и первого автобуса). После революции через сад чуть было не проложили дорогу для грузовиков – ограничились просеками для пешеходов. В 60-70-х гг. сад восстанавливали после долгого периода запустения и бомбардировок люфтваффе: именно тогда появилось ограждение из розового гранита (раньше оно было деревянным) и такие же бессмысленно величественные шары при входе.

В последние годы в Александровский вернулась симпатичная традиция строить катальные горки – их сооружают к новогодним каникулам по гравюрам XIX века. В начале июня в саду проходит традиционный фестиваль цветов.